Интервью: Адвокатка

Автор: Василий Ряднов

Нину провели по коридору. В одной из комнат, где она ещё не бывала, сотрудник охраны, сопровождавший её в этот раз, проинформировал о том, что она встретится с независимым адвокатом.
- Где? - тихо переспросила Нина, ведь она уже так была напугана, что боялась вообще что-то говорить.
- Здесь, - ответил сотрудник.
- Но... я же голая...
- Ну вы же не будете это сообщать адвокату?.. - охранник посмотрел на девушку, и даже не ударил её за дерзость этого вопроса.
«Мне повезло, что это мужчина, а то от женщины точно б уже получила по голове», - думала Нина.
Её подвели к стенке и посадили к маленькому окошку. Девушка поняла, что за ним сидит правозащитник и адвокат. Она так ждала этой встречи. Окошко открылось, и Нина сквозь густую решетку увидела лишь лицо молодой девушки. С другой стороны та могла видеть только лицо Нины, поскольку толстая стенка создавала очень ограниченную видимость.
«Так вот, значит, она даже не видит, что я совершенно голая», - подумала Нина, и тут же спросила:
- Вы адвокат?
- Да, я буду защищать ваши интересы. Сначала вы должны согласиться на контракт со мной, поскольку вся адвокатская система у нас платная. Один час моей работы стоит 200 долларов. Причём я уже провела четыре часа, изучая вашу биографию и материалы следствия. Итак, вы согласны?
Нина, конечно, была согласна, хотя понимала, что у неё может и не хватить денег на всю эту процедуру. Но девушка уже была готова на всё, тем более что она могла бы взять кредит и всё возместить.
«Но удастся ли ей, этой молодой девчонке, мне помочь? И не подослали ли её вообще?» - думала Нина.
- Я вижу, вы согласны, - сказала девушка, - хотя вы можете выбрать и другого адвоката.
- То есть, я могу ещё и выбирать? - переспросила Нина.
- Да, конечно, но это займёт некоторое время. Дело в том, что наша ассоциация независимых адвокатов занимается проблемами иммигрантов и людей, временно въезжающих в нашу страну. Мы получаем закрытую информацию в рамках грантового соглашения с правоохранительными органами, и выбираем себе клиентов. Но если клиент отказывается от помощи конкретного адвоката, то его запрос идёт дальше в рассылку, и тогда может найтись другой адвокат. Так что вы можете выбирать, поскольку у нас несколько сот адвокатов - членов нашей сети.
«Сколько же времени пропадет...» - подумала Нина, и сразу же согласилась на эту молоденькую адвокатку.
- Так, хорошо, - сказала адвокатка, - я буду с вами работать, но так как вас подозревают в террористической диверсии и убийстве официального сотрудника посольства, ваше дело на особом контроле.
Я подписала документ о неразглашении информации, а также о том, что я не могу давать вам никакую информацию, кроме правовой.
- То есть... - уточнила Нина, - вы не скажете мне, какое сегодня число, и как чувствует себя моя мама?
- Нет, вы получите от меня только информацию правового характера. Всё остальное спрашивайте у ваших следователей.
- Но мне запрещают с ними говорить, - сказала Нина, и тут же подумала, что за это ей придётся отхлопотать по всем частям тела.
«Зачем я это сказала? Вряд ли эта девчонка мне поможет... А вот они меня начнут пытать по полной программе».
- То есть, вы хотите сказать, что вас ещё не допрашивали?
- Нет, меня уже допросили, - поспешила заявить Нина. - Но я не смогла высказать все аргументы.
- То есть, вам нужно пойти на дополнительный допрос к следователям?
«Вот ужас, - подумала Нина, - сейчас напрошусь на допрос».
- Нет, то есть, да, - ответила Нина.
Адвокатка так ничего толком не поняла, и Нине пришлось рассказать всю историю с Николаем. Правозащитница всё записала в блокнот, видимо, ей не разрешалось записывать на диктофон.
«Ну теперь уж точно она ничего не разберёт», - ужаснувшись подумала Нина.
Адвокатка ещё раз уточнила, не замешана ли Нина в убийстве, поскольку тогда дело защиты выстраивалось бы иначе. Нина категорически отрицала свою участь в убийстве и во всех обвинениях. Она резко спросила:
- Как вы собираетесь мне помогать?
- Я буду вести ваше дело до суда, и если вы согласитесь, то буду защищать вас в суде.
- Как, в суде? - переспросила Нина, - но я же невиновна!
- Девушка, - ответила адвокатка, - это дело дойдёт до суда, и вы будете обязательно принимать в нём участие, если не в роли обвиняемой, так в роли свидетельницы. Вы же понимаете, что вся предоставленная вами информация говорит о том, что у вас были связи и намерения помочь террористической группе. Теперь же нам нужно только выяснить, насколько ваши действия тянут на криминал.
- Но ведь я ничего не сделала! - в ужасе говорила Нина.
- Ну, вы же глотали капсулу, говорили какой-то пароль, собирались работать с группой Николая, вы же сами только что мне об этом рассказали. Кроме того, я не знаю, что вы ещё вспомните в ходе допросов.
Нина замолчала. Она понимала, что на допросе завалила сама себя. Но Николай, может, не такой уж и идиот, как она думала, и действительно участвует в группе повстанцев. А она всем искренне рассказала о своих намерениях помогать им, и бороться со страной, куда только что «успешно» прилетела.
«Ужас, ужас, провал», - только и крутилось у неё в голове.
Понятно, что её не били и не пытали во время допроса только потому, что она дура, и полностью себя раскрыла.
Адвокатка ещё что-то выясняла, говорила о системе судопроизводства, но Нина, как ни странно, хотела назад в камеру, чтобы ещё раз подумать. Общение закончилось. Девушку забрали, и она чувствовала себя как будто не в своём теле. Она провалилась, и сама себе подписала приговор. Они, конечно, всё хорошо подстроили: издевательства, унижения, стояние на ногах часами, запугивание пытками. И вот, голубушка, открыла всё, что знала. Теперь же её будут судить со всей группой террористов. Вероятно, что их выдадут в ближайшее время и привезут сюда, разденут и опустят по всем правилам этой тюряги - тогда все они голышом предстанут на очной ставке.
«Давненько не виделись с Колей, - думала Нина. - Ну вот теперь точно увидимся. Конечно, они могли бы привезти его сюда уже давно. А может, даже уже и привезли, - промелькнуло в голове у Нины. - А может, они попытаются вытащить других злоумышленников или организаторов, или заказчиков убийства...»
Нина уже не знала о чём думать. Она присела на корточки и взялась руками за голову. Какой ужас. В этот момент послышались шаги.
- Встать, ноги, шире плеч, приседать: раз-два!
Нина вскочила, расставила ноги, и начала приседать.
Тут же резиновая дубинка ударила её по промежности. Девушка присела, ухватившись руками за половые органы.
- Встать, руки назад! - и снова удар.
Нина зарыдала. Несколько ударов по голове заставили её плакать потише. Она понимала, что нарушила порядок. Здесь дважды не повторяют. Стоять - значит стоять.
«И сколько же это теперь продлится? Ужас...» - думала девушка, и мечтала только о том, чтобы снова очутиться в той тёплой камере на пластиковой кушетке.